Сказочный Зигфрид, воитель и охотник, известный от Рейна до Дуная, соединился в народной фантазии с Зигфридом историческим, германским рыцарем. Он-то и поставил в 862 году крепость у слияния Альзеты и Петрюса, основав государство. На торговой дороге из французского Реймса в немецкий Трир, на стыке государств, в крае заведомо беспокойном, обреченном на кровавые испытания...

Однако многочисленные удары судьбы только пуще сплачивали упрямое кельтское племя тревиров, издревле заселившее южный край Арденнского леса и прилегающую равнину. Предки люксембуржцев научились у римлян сооружать мельницы,- давить виноград, но главное — плавить металл.

Шесть веков, несмотря на жестокие войны, существовало средневековое государство. Потом столетия стали сменять иноземные гербы на стенах «северного Гибралтара» — французские, испанские, австрийские, голландские, прусские.

В 1815 году, когда европейские монархи собрались в Вене, чтобы решать судьбы Европы, Люксембург был той гирькой, которую бросают на чашу весов для полного равновесия. Король Голландии и король Пруссии домогались «северного Гибралтара». Решение было вынесено двойственное — Люксембург получил голландских чиновников, голландские законы, а в крепости разместился прусский гарнизон.

Лишь в 1839 году над Альзетой развернулся краско-бело-синий флаг Люксембурга.

Пять-шесть десятилетий назад только вином славился Люксембург да еще и саженцами роз. Отсюда выписывала их толстовская Ясная Поляна, чем здешние садоводы не преминут похвастать. Ездили в Люксембург и за орехами, на специальную «ореховую ярмарку» в городок Вианден. Словом, Люксембург был, в сущности, фермером.

Нынешний же Люксембург — прежде всего сталевар. На монете достоинством в один франк недаром вычеканен рабочий-металлург у пылающего мартена. Люксембург по выпуску стали обогнал всю Скандинавию. А если считать на душу населения, то малыш в семнадцать раз превосходит Соединенные Штаты. (Примечание: речь идет о конце 60-х годов).

Больше всего заводов на юге страны. Там железорудный бассейн, там, на волнистой равнине, возникла столица здешней стали — город Эшсюр-Альзет. Столица, в которой живет целых тридцатъ пять тысяч человек! И все же Эш выглядит фермером, приодевшимся к празднику. Множество небольших заводов мягко вкраплено в ласковый пейзаж. Деревни стали индустриальными центрами, но все равно в каждой те же пивные, миски с горохом для закуски на некрашеных столах и тот же традиционный деревенский кегельбан.

Я вернулся в город Люксембург поздно вечером. Меня встретили светящиеся эмблемы: змея и ключ. Говорят, прародительница Мелузина иногда выходит из своего пещерного убежища в образе змеи. Во рту змея держит золотой ключ. Кто выследит ее, отнимет ключ, тот хозяин богатств страны. Многие покушаются на этот ключ, и люксембуржцам предстоит сделать немало, чтобы удержать его в своих руках. Но именно об этом напоминает им старая, вросшая в землю колонна на пляс д'Арм, Оружейной площади, которую пояском обегают слова: «Мы хотим остаться теми, кто мы есть».

В. Дружинин, журнал «Вокруг света», №4, 1968 г.